Близость и понятность языка современной литературы молодому читателю – это истина или миф?
Анна Малахова
Язык — самое существо литературы, мир, где она живет.
Ролан Барт
Что гарантирует принятие текста? Думаю, очень важен язык. Вместе с его пониманием приходит и понимание литературного текста. Представим себе встречу двух приятелей: разговор между ними льется легко, без неловких пауз, а рассказ одного собеседника не наскучивает другому. Они понимают друг друга. Для читателя и текста тоже очень важно найти общий язык. Современная литература — новая литература. В выходящих в свет книгах нет длинных предложений с кучей деепричастных оборотов, которые можно встретить в некоторых текстах Ф.М. Достоевского. Остались среди строк классики и подробные описания пейзажа и интерьера, а длинные монологи уже не в моде. И это совершенно закономерный процесс. Вместе с тем, как меняется манера речи в обществе, изменяется и стиль повествования. Литература стремится говорить с читателем на его языке. Но будет ли он понятен неопытному читателю или уже «закаленному» классикой книголюбу, который не привык к слогу современного текста?
Но действительно ли язык современной литературы находится в обособлении от стиля того же поста на интернет-ресурсе? Огромное количество современных книг написано просто и доступно. Тогда получается, что знакомство с языком может произойти раньше знакомства с литературой? Ежедневно мы листаем ленты соцсетей и пробегаем глазами по постам с мнениями, рассказами или впечатлениями других людей. Обращаем внимание на различные случайные статьи (кажется, я начинаю вспоминать, откуда у меня в голове так много хаотичных фактов). В наши дни читатель находится куда ближе к тексту, чем даже двадцать лет назад. И практически не замечает этого. Но только открывая книгу, мы можем встретиться с уже приятным глазу стилем, за которым обнаружим ярких героев, их мысли и идеи, погрузимся в особенный авторский мир. Книг, как и людей, огромное множество. Нужно только понять, с кем начать беседу.

Перенесемся в школьные будни. Когда нам объясняют новую тему на уроке алгебры, мы просим учителя говорить понятнее и проще. Читателю, как бы скупо это ни звучало, важно научиться читать. И тогда самый запутанный текст однажды может стать приятным собеседником. Точно так же, как некоторые мифы имеют свойство становиться реальностью. Вспомнить того же Жюля Верна. Точный прогноз технологий будущего не только поражает, но и воодушевляет.
Известно, что современная литература стратифицирована. Для молодого читателя элитарные произведения могут показаться гигантами, скрытыми от глаз тяжелыми облаками. Однако существует и другая литература: мидл-литература и массовая. Она как занимательный учебник для юного ученика: проста, но вместе с тем увлекательна. Но подожди! С ее выбором тоже не стоит торопиться.
Почему массовая литература наиболее востребована и популярна? Лидерами продаж все чаще становятся книги, успех которых определяет отношение читателя к сюжетной и любовной линиям, запоминающимся героям, а иногда и к языку, которым она написана. Не стоит забывать и про максимальное соответствие жанра книги ожиданиям потребителей. Это происходит, потому что массовая литература отражает дух времени: черты приятеля угадываются и в характере героя книги, который к тому же живет в обыкновенной квартире, интерьер которой легко рисует воображение, а за ужином он переписывается с другом, пока родственники обсуждают политику или слушают бормотание телеведущего. А может, главным героем станет банкир, чью работу не придется объяснять читателям, ведь они сами, возможно, учатся на эту специальность. Чаще всего массовая литература не отсылает в прошлые века и не перенимает их традиции. В текстах нет социальных вопросов того же XIX века: слово «крепостные» стало не более, чем историческим термином, а революционные настрои достигли своего апогея еще в прошлом веке. События, к примеру, Великой Отечественной войны охватили огромное количество текстов XX века, но время сгладило их в сознании современных авторов. Отображение дня «сегодняшнего», а не «минувшего» делает массовую литературу понятной для каждого читателя. Но всегда ли удается сочетать глубокий подтекст и простоту языка написания? Увы, нет. Хочу отметить, что к каждой книге массовой литературы стоит относиться критически, ведь часто встречаются клише и уж слишком поверхностный смысл. Вот, например, цикл фэнтези «Зерцалия» Евгения Гаглоева. Это имя известно почти каждому подростку, который когда-либо заходил в городскую библиотеку или заглядывал в книжный магазин. Эти книги быстро затягивают и вызывают симпатию к героям, однако после прочтения двух-трех книг мне захотелось переключиться на что-либо другое. Этим чем-то стали «Часодеи» Натальи Щербы. С ними произошла та же история.
Массовая литература всегда так или иначе подвержена радикальным взглядам людей, которые видят в ней «бульварное чтиво». Да, возможно, эти произведения где-то предсказуемы и даже штампованы. Такую точку зрения нельзя отрицать — данная литература работает по канонам и статична. Но ведь именно это и позволяет читателям расслабиться за чтением и просто приятно провести время. Она хороша для восприятия молодого читателя, ведь захватывает его и прививает интерес к чтению, помогает накопить читательский опыт и развить критическое мышление, которое впоследствии складывается в литературный вкус, поселившийся уже на подсознательном уровне.
Вкус — важное качество такого читателя, который не только считывает текст. Это короткое слово заключает в себе очень многое: чувство прекрасного, эстетическую интуицию, ценности культуры, речевое поведение, умение находить новаторские и оригинальные идеи... Многие люди отказываются от современной литературы, поскольку считают ее язык дурным и безвкусным. Признаюсь, мне самой было сложно переключиться со стилевых особенностей Достоевского и Гоголя: витиеватая манера вести диалог вдруг сменилась на краткую и прямую речь, лирические отступления внезапно испарились, а громоздкие предложения, порой служащие отдельными абзацами, распались на емкие частички. Язык современной литературы казался уж слишком «некнижным»... Интересно, как мы неосознанно принимаем сложный и где-то грубый стиль за абсолютно литературный, хотя можем и не понять его с первого раза. Такой вот парадокс или просто закалка временем. Но с текстами наших дней тоже можно найти общие темы и научиться вести беседу, ведь воспитанный классикой вкус тут же цепляется за хорошо написанную книгу — в этом и весь интерес.
В наши дни характеристику той или иной книги зачастую формируют не мнения литературных критиков, а сами читатели. Оставить отзывы и рецензии на различных платформах может каждый. Конечно, существуют и публицистические статьи по нашумевшим романам, но будем смотреть правде в глаза: куда больший процент людей с охотой читают комментарии и личные мнения о книге. Так вот. Обратимся к роману зарубежного писателя Дэна Брауна «Код Да Винчи» как к книге, в которой вроде бы незамысловатый язык еще не гарантирует ее понимание, что отлично отражено в комментариях к ней.

Для начала хочу отметить, что роман написан легко и доступно, а авторский стиль умело передали переводчики. Помогает в понимании сюжета и динамичность: убийство, погоня, разгадка тайны мирового масштаба и эпические сцены. Однако за сюжетом, казалось бы, обыкновенного романа массовой литературы можно разглядеть и уже серьезные отсылки к масонству, религии и науке, искусству и культурным ценностям. Без определенного «багажа» знаний можно и не понять автора. Смелые догадки и теории романа приняли за истину и переняли многие читатели. И только некоторые отнесли роман к просто хорошей выдумке, которая, к слову, отвечает многим требованиям научной фантастики и не претендует на звание теории. Тогда получается, что можно легко «проглотить» книгу, но все равно не полностью вникнуть в замысел автора? «Код Да Винчи» — качественно продуманный роман, который был создан как ответ на вызов современной литературы с целью погрузить читателя в пространство «что, если...» и не дать заскучать. Однако язык романа зачаровывает, и невольно начинаешь переносить теории книжного мира в реальность. Этот пример еще раз подтверждает мысль о том, что умения воспринимать язык текста не всегда достаточно. Чтобы не слишком глубоко окунуться в идею книги, важно уметь анализировать текст. После того, как эта работа завершена, можно смело идти дальше.

Итак, через какое-то время стоит вернуться к тем «титанам» элитарной литературы, которых мы оставили возвышаться до неба, а то и еще выше. Посмотрите: такими уж необъятными они кажутся теперь? А может, это просто читатель немного подрос? Элитарная литература — это всегда диалог текста и читателя, взаимный обмен мыслями. Это и острые вопросы, ответ на которые люди ищут на протяжении многих веков. Впрочем, настоящее всегда убегает в прошлое, а вопросы-то остаются. Это и особый авторский подчерк, а порой и самобытный язык, введенный в книги.
Несмотря на то, что «Лавр» Евгения Водолазкина не каждый критик и читатель отнесет к подростковой прозе, мне хочется упомянуть этот «неисторический роман». В нем интересно сочетаются местами тяжеловатый язык жития или сказания с современными выражениями и фразами. Например: «Что убо чтеши, Христофоре?»; «... заволновались завелические. Бить — еще куда не шло, но убивать — разве же это благочестие? Смертный грех. Твою дивизию, в сердцах воскликнул юродивый Фома.»

В романе есть место для разных эпох: средневековые провидцы заглядывают далеко в будущее, перенося с собой и читателя, а в лесу средневековой Руси можно найти пластиковую бутылку. Такое чередование высокой и низкой лексики, смешение времени вызвало бурную реакцию масс, причем не всегда положительную. Однако для Евгения Водолазкина такое стилистическое решение и оформление текста (к отсутствию тире, признаюсь, я привыкала довольно долго и упорно) — игра с читателем, подкреплённая хитрым замыслом — сочетать доступность и идею вечного существования Слова в лишенном времени мире. Для эксперимента (а этот роман именно им и является) важно предложить тему для разговора. Поддержать его или выбрать себе в собеседники другой текст — воля читателя. Главное, что ранее сложный и непонятный язык стал доступным и удобным для чтения.
Российская национальная библиотека
выставка «От Аввакума — до Агафьи: старообрядческая рукописная книга в частном собрании»
Нельзя с уверенностью говорить, что язык современной литературы не может быть близок молодому читателю. Но не спешите делать выводы, ведь ложью будет и утверждение, что понятность языка всей современной литературы — прописная истина. Труд читателя нисколько не меньше труда автора. Привыкая к одному стилю, можно открыть для себя и следующий, более необычный. Литература всегда идет навстречу любопытному читателю: ждет его оценки, внимания и, что самое важное, понимания. Язык здесь выступает посредником — он помощник автора в создании текста, который будет доступен любому читателю... а может, только тому, кто готов привыкать к его стилю и уже имеет за спиной читательский опыт. Поэтому стоит развеивать мифы, приводя в качестве доказательств собственный опыт. Или же думать, что все дело во времени, а для того, чтобы понимать язык современной литературы, нужно подождать пару-тройку лет. Точно так же, как автор начинает творить с «пробы пера», читатель постепенно поднимается ввысь по ступеням текста, чтобы однажды взглянуть в глаза титанам литературы.