Максимилиан Неаполитанский
Критический отклик на сочинение Михаила Титова «Не так весел смех, как они смеются»
Это забавно. Это красиво. Это интересно. Как в четырёх страницах высказать не только своё мнение, но и обратить внимание на вечные проблемы, которые стоят перед Россией, перед людьми? Как увлечь читателя в свой внутренний мир и провести его по серпантину культуры, объясняя свои взгляды? Ответ непрост. Нужно проделать большую работу. Нужно подобрать правильный эпиграф (некрасовское «Питая ненавистью грудь…»), немного каламбуров («…одних только нехоженых тропов сколько»), а также пафоса («…легионом уносящих Русь в пучину Тьмы»).

Нет формулы, по которой создаются хорошие тексты, но есть авторская интуиция. Любой автор должен уметь «совпадать» со своим читателем. Может быть, для этого нужно определять точное время? Не совсем верно: ибо если оно течёт и «авторы все время идут, а мы, разинув рты, смотрим им вслед», то получается, что автор и читатель могут оказаться в разных периодах, в разных эпохах. Поэтому автору нужно совпадать не с общим временем, а индивидуально с читателем. Так, к примеру, делал Гоголь. Он до сих пор совпадает с нами, мы обращаемся к нему с вопросами и получаем ответы. Автор жив до тех пор, пока к нему обращается хотя бы один читатель, пока читатель смотрит на автора со своей субъективной точки зрения, пытаясь найти ответы.

Однако взгляд читателя может затуманиться. Чтобы этого не происходило, нужны такие тексты, как текст Михаила Титова. Они «оживляют» читателя, освобождают от «грустного взгляда на жизнь», на классическую литературу. В ёмких фразах объясняя глубину литературного феномена Гоголя, эссе Михаила предоставляет не только новый путь к пониманию текста, но и касается чего-то тонкого и очень личного. Такие эссе можно назвать спасительными. Читатель забывает, как хороша классика — вот ему небольшой всплеск «для оживления». Если текст вызывает улыбку, грусть, ностальгию, заставляет задуматься, то это точно хороший текст. Это сочетание нельзя назвать формулой, это, скорее всего, и есть авторская интуиция, которая позволяет оказывать на читателей художественное и мировоззренческое влияние.