алсу ибрагимова


Диптих
«В себе»
Гиацинт, белладонна и лаванда
Гиацинт, белладонна и лаванда выросли сорняками в горшке с любимой фиалкой. Первые дни я пыталась бороться с ними, но каждое новое утро ростки вновь появлялись рядом с кротким цветком. Мне оставалось смириться. И я сделала это. Тогда через несколько дней я уже не могла думать о чем-либо другом. Мысли занимали лаванда, белладонна и гиацинт.

Не прошло и недели, как они зацвели и начали наполнять комнату тонкими навязчивыми ароматами. Эти запахи взращивали беспокойные сны. В голове все время возникали неясные образы, которые никак не удавалось разглядеть. Но было в них что-то очень знакомое и близкое. Мысли путались в голове.

Я все чаще стала бездумно заглядываться на предметы в комнате, чай все чаще стал переливаться через края фарфоровой кружки на любимое платье, я все чаще стала задерживаться в ванной, пытаясь избавиться от желтых пятен на белой ткани. Я отказалась от прогулок — я становилась растерянной, когда переставала ощущать запах бесцеремонных растений.

Белладонна, гиацинт и лаванда живут со мной уже неделю. С каждым днем их листья становятся зеленее, а цветки наливаются большим трепетом. Но я с каждым днем все меньше улыбаюсь. Мне тяжело. Запах цветов пропитал насквозь все стены и все мысли. Он одурманил меня.
С сегодняшним сном что-то было не так. Там я почувствовала себя бесконечно счастливой. И кажется, почти увидела то, что так беспокоило меня. Но ничего не получается связать.

Я встала с кровати и настежь открыла все окна в квартире. Вошел мороз и прогнал от меня удручающие ароматы. Стало так легко..! Весь день я наводила порядок в квартире и в голове. Все получилось. Жаль только, разбила любимую кружку из фарфора. Всю ночь меня охранял мороз.

Утром я проснулась в поту. Тело сковали жар, озноб и боль. Ароматы цветов настойчиво щекотали нос.

В комнату вошла Даша. Как хорошо, что я дала ей ключи.
— Ты приехала очень быстро.
— Я была рядом.
Даша заботливо закрыла окна, приготовила завтрак, дала мне лекарства. И постирала мое белое платье. Теперь, белоснежное, оно сохло на спинке стульчика.
— Ты видела, что фиалка погибла? А другие растения сильно промерзли. Будет очень грустно, если они тоже завянут.

— Мне так будет легче.

— Почему? Цветущие растения в доме — это прекрасно!

— Но они выросли против моей воли.

— Но это не значит, что им нельзя радоваться.

Прекрасно. Радоваться. Эти слова могут упоминаться в отношении моих цветов? Да, пожалуй, моих. Они мои. Бесспорная капитуляция.
Даша ласково обняла меня на прощание.
— Дашенька, ты приятно пахнешь. Хвойным лесом.
— Тебе нравится?
— Очень.
— Я рада. Это эфирное масло ели.
Даша ушла.
Ель. Точно. Четвертой должна быть ель. Почему я не поняла этого сразу?
Так пах его парфюм. Это его запах. Это он.
Нужно позвонить. Что скажу? Опять покажусь глупой. Опять. Терять нечего.
— З…Здравствуйте. Помните меня?
— Вас? М…
— Это же я! Вы…Вы должны помнить…
— Да-да. Рад Вас слышать.
— Лаванда, белладонна, гиацинт и ель — состав вашего парфюма.
— Да, я догадывался. Мне очень приятен Ваш интерес, но я не могу его принять. Простите.
— Ах…Ясно. Ка…Как у Вас дела? Расскажите мне.
— Я несколько занят. Не могу уделить Вам время. Простите.
— Ни…ничего. Всего доброго!

В ту же ночь я выкопала белладонну, вырвала с корнем гиацинт и лаванду.

Следующим утром они снова зацвели. Растения были желтыми, вялыми. Но цветущими.
За ночь высохло платье. На нем проявились темные пятна.
Я посадила ель в горшок. Протерла листья растений и увлажнила почву.
Дышу полной грудью. Люблю чудный аромат моих милых цветов... Теперь это тоскливое благоухание поддерживает мое существование. Я каждый день забочусь о растениях.

И надеюсь, Вы не возражаете, что я пишу Вам письма. В стол.

Фиалка

Когда вошел в комнату, звон тишины оглушил меня. Я пробрался сквозь квартиру, упал на кровать и уснул. Как и всегда. Утром пошел на работу. Каждый день имеет одинаковый цвет, вкус и запах. Стабильность и привычка — основы моего существования.
На работе меня встретили коллеги и статуэтка садовника с добрыми глазами. Он одиноко стоял на пустом, вернее, прибранном столе и нежно оглядывал кабинет. Как и всегда…
.
На стол прилетела папка. Я рефлекторно открыл ее и начал читать. Хорошая работа. Давно таких не видел.
— Чье это?
— Как чье? Твое.
Как мое? Не помню. Не верю.
— Полгода назад отдал мне. Нужно было срочно подготовить первую редакцию текста. Ты за ночь написал. Помнишь? Так вот, нам нужны тексты такого уровня, а не то собрание бессвязных мыслей.
— Это то, что я тебе вчера сдал?
— Да. Парень, пора собраться. Ты за два месяца не написал того, что могло бы стоить этой работы, на которую у тебя не больше 10 часов ушло.
— Ты прав. Я сильно расслабился. Когда следующий проект?
— И запутался.
— В чем?
— Судя по тому, что я читал вчера, в своих мыслях. Начнем работу над новым проектом по мере возможностей.

И я начал. Стыдно перед другом.
Пришлось пожертвовать сном. Я не был расстроен этому. Сны я все равно не видел. Только темную пустую пелену перед глазами.

Однажды за обедом милые коллеги говорили о цветах. Как показалось мне, о чрезвычайных глупостях. Я вдруг вспомнил, что у меня в квартире нет ни единого растения. Стало обидно. Почувствовал себя несколько неполноценным.

В тот же вечер я купил цветок. Фиалку. Ее бодрая изящность встрепенула домашнее равновесие. Стало отраднее возвращаться домой. И работать оказалось намного приятнее, когда перед тобой стоит привлекательный цветок. Мне начали сниться сны. Очень неясные, но в целом замечательные. Я чувствовал, что фиалка вот-вот должна зацвести.

Последний день работы над проектом выдался самым сложным. И хотя большинство трудных этапов было уже закончено: определение направления проектной деятельности, завершение согласования названия «Условности анализа современной литературы» с заказчиками и прочее, — в последнем дне собираются волнение, неуверенность и суматоха. Так бывает обычно. В этот раз я был рассеян. Я мечтал вернуться домой и увидеть цветение фиалки. Больше меня ничто не беспокоило.

В разгар коллективного обсуждения формулировки вывода мне позвонили. Знакомая. Чудесная и милая девушка. Последний раз мы виделись с ней полгода назад. Когда узнал её очаровательный голос, сразу вспомнил, как она легкой рукой откидывала длинные волосы за плечо, а потом снова собирала набок, чтобы через пару минут вновь совершить любимый жест. И пахло от нее чем-то легким и свежим, как сирень. Или фиалка… Хотя, признаться, я не знаю, как пахнут фиалки. Я был очень рад слышать свою знакомую. Жаль, что не получилось поговорить. Ну, ничего. Пообщаемся с ней позже. Когда перезвонит.
Я вернулся домой. По квартире гуляла пустота. Интересно, фиалка привыкла к ней?

Зазвонил телефон.
— Проект успешно сдан! Поздравляю. Позволь узнать, какое лекарство от плохих текстов ты выпил? — друг засмеялся.
И я вместе с ним:
— Всего лишь ежедневное созерцание цветка!
— О! Раз так, то советую тебе завести оранжерею!

И я завел.
Фиалка не зацвела. Она погибла в ту ночь. Не знаю, в чем была причина. Наверное, не стоило оставлять ее одну.
Сейчас в оранжерее много цветов. Все и не назову. Они легко переносят одиночество. Вернее, они не одиноки. Их много.

Фиалки я не покупаю. Я все надеюсь, что та фиалка прорастет заново. Ее горшок стоит ко мне ближе всего. Рядом с фигуркой доброго садовника.

Фиалка была единственной и поэтому особенной. А сейчас, какими бы разными цветы в оранжерее ни были, для меня они одинаковые. Каждый день имеет одинаковый цвет, вкус и запах. Цветы стали частью жизненной стабильности. Только вот я так и не понял, хорошо это или плохо.


Критический отклик

Иллюстрации: unsplash.com
Верстка: Дарья Клименко